«Не родной ты им. У них скоро свой малыш родится, а ты им не нужен», — сказала соседка

И злорадно ухмыльнулась, видя, как побледнел мальчик.

Напрасно остальные женщины у подъезда пытались ее остановить, куда там. «Мать твоя пьяница! И отец такой же!

Они тебя бросили, а сами сгинули давно. А Машка с Сашкой тебя взяли. У них детей-то своих не было, пожалели. А теперь Машка беременная, так что выкинут тебя, свой-то по крови дороже! Что смотришь на меня? Иди, спроси у мамки с папкой, коли мне не веришь.

Хотя какие они тебе мамка с папкой? Чужие тетя и дядя!», — подытожила женщина.

«Это неправда! Вы все врете!», — прошептал большеглазый темноволосый мальчик. «А что мне врать-то? Вон мне Артемочка родной, тут уж скрывать нечего. А ты подкидыш.

Да на себя в зеркало погляди! У тебя ж глаза карие, волосы темные, а Машка с Сашкой оба светловолосые да светлоглазые, ну как такое может быть-то, а?», — не унималась тетя Валя. «Я… на дедушку похож. Мне так мама сказала», — выкрикнул мальчик.

«Да брехня! Дед твой тоже светлый был. Подкидыш!», — и сплюнув семечки на асфальт, женщина рассмеялась.

Гриша, не мигая, смотрел на нее. Потом развернулся и бросился прочь со двора.

— Ты что творишь, Валька? Ты что наделала, а? Да как у тебя только язык твой поганый повернулся. Я все тебя дергала, чтобы рот заткнуть, да разве заткнешь! 13 лет мальчишке, куда ты ему все это говоришь?

Родители молчали, а тебя черт дернул! — пробовала урезонить и призвать к совести свою соседку вторая женщина, тетя Вера.

Они часто сидели все вместе на лавочке. Валентина из всех отличалась не в меру крутым нравом. Муж ее, дядя Слава, попивал.

Сын Артемка целыми днями бегал по улице. И сама она предпочитала в 9 утра выйти и в 9 вечера зайти. Посмотреть, что творится во дворе, кто с кем и зачем идет. А сегодня ей на пути попался Гриша…

— Валь, мальчик столько раз мимо пробегал. Сейчас-то ты зачем это сделала? Не понимаю. А ну как его родители с претензией придут? — продолжала воспитывать подругу тетя Вера.

— С какой претензией? Это ж правда. Че, забыла, как она его мелкого приволокла. «Сыночек мой, сыночек, тьфу». На правду не обижаются! А рассказала все, потому что он моего Артемку обидел. Тот, бедненький, вчера весь вечер проревел из-за этого паразита. Что ты, спортсмен же, сильный. Пусть теперь мучается! С катушек быстро слетит! Покажет своим родителям! И не смотри на меня так! Надоело, что этого бездомыша все хвалят. Ах, красавец, ах, отличник, ах умница. Маме сумки таскает, папе помогает, во дворе никого в обиду не дает. А моего Артемку за что? А? — заорала тетя Валя.

— А за то, что ваш Артемка вчера собачку обидел! Бездомную. А позавчера котенка в лужу кинул, он там барахтался. Пока его Гриша не спас и домой не унес. Он его предупредил, а Артемка ваш стал птичек обижать. Вот за это и получил! Он у вас злой! — раздалось сверху.

Тетя Валя вскинула голову. Там, на втором этаже, стояла Тоня. Одноклассница Гриши.

— Ну-ка, иди отсюда! Нечего взрослые разговоры слушать! Ишь, защитница выискалась! — прогнала девочку тетя Валя.

Подруга ее неслышно ушла домой. Находиться на скамейке дальше ей стало противно. А тетя Валя сидела. И радовалась.

Только с ней никто не хотел эту радость разделить. И она пошла домой. Там наткнулась на захмелевшего супруга. Решила в его лице найти благодарного слушателя. Только дядя Слава, хоть и любил остограмиться, человеком был хорошим. Он выслушал жену и завопил:

Смотрите также:  Люди заболевают от несбывшихся желаний

— Да таких как ты… В сороковые годы… Не подходи ко мне! Иуда! Ребенку! Такое! Пошла прочь!

Тетя Валя, разругавшись с ним в пух и прах, снова ушла во двор. Туда вскоре вышла мать Гриши, Маша. Ей было тяжело ходить, малыш вот-вот должен был появиться на свет, но сотовый сына не отвечал, на улице его было не видно, муж еще не приехал с работы. Вот она и вышла.

— Тетя Валь. Вы мальчика моего не видели? Что-то у меня сердце не на месте. Телефон молчит, тетя Валь, вы меня слышите? — обратилась к соседке Маша.

— Не видела никого. Отстань от меня! — и тетя Валя, соскочив с лавки, направилась в сторону магазина.

— Гришенька. Где ты? — прошептала Маша, без сил опустившись на лавочку.

Она вспомнила тот день, когда впервые взяла малыша на руки. Ее многие отговаривали, генетика, то да се. А она пришла проведать в больнице подругу.

И та показала ей Гришу, того как раз изъяли от непутевых родителей. Малыш поразил тем, что не плакал. Совсем. Был такой вдумчиво-серьезный. И в глазах стояла недетская печаль.

А когда она, повинуясь порыву, взяла его на руки, он улыбнулся и прикоснулся пальчиком к ее щеке. И Маша поняла — это ее мальчик!

Процесс оформления много времени не занял, помогли связи отца. Муж был обеими руками за, своего родить не получалось, так тут крошке дом подарят. И все эти годы

Гриша их только радовал. Маша обожала сына, чувствовала его на расстоянии. А когда узнала, что беременна, расплакалась.

— Хоть бы девочка! Мальчик у нас уже есть! Это же чудо, Саша. Сказали, не могу иметь детей. Будет у нас с тобой королевская парочка, сыночек да дочка! — радовалась Маша.

Гриша появлению сестренки тоже обрадовался. Даже имя ей выбрал: Ариша. И все строил палны, как будет с ней гулять, никогда и никому не даст в обиду. Он же старший брат!

— Где ты? Почему не отвечаешь? — Маша, чувствуя, что снова заболела поясница, все набирала номер, слушая механическое «абонент временно недоступен».

Потом, откинув белокурую прядь со лба, с тревогой набрала номер мужа.

— Саша! Приезжай. Гриша не отвечает, возле дома его нет! — расплакалась женщина.

А Гриша тем временем сидел у ручья. Ручей был в лесу, который располагался неподалеку от их дома. Мальчик плакал и бросал камушки в воду. Он был рад, что его не видят друзья.

Распустил сопли, как девчонка. Он же всех учил быть сильными. И как бы не было больно, никогда не плакал. У него перед глазами до сих пор стояло лицо соседки.

Неприветливое, с торжеством в глазах. С таким же выражением ее сын мучил этого несчастного котенка Яшку, который сейчас мирно спал у Гриши дома.

Мама сразу его выкупала, накормила, даже слова не сказала, что домой бездомного принес.

Мама? Или не мама? Мальчик мучился оттого, что… они, наверное, и правда не любят его, как говорит эта тетя Валя. Тем более скоро родится Ариша. Она-то им родная. Будет.

И тут неожиданно он вспомнил. Как калейдоскоп. Он, семилетний, болеет. А мама, худенькая, хрупкая, носит его на руках.

Смотрите также:  Ты — ошибка молодости. Прав был твой папа, аборт надо было делать

Потом качает, целует. Как однажды, отказавшись от важной встречи, отец предпочел присутствовать на его соревнованиях. Как они все вместе ужинают. Или он уходит в школу, а мама всегда подходит, целует его и говорит:

«До свидания, мой любимый мальчик! Что тебе приготовить, солнышко?». Или они все вместе едут на море, плескаются, строят замки из песка.

И Гриша понял, что любит. Любит, несмотря на все услышанные слова. Папа… Мама… Словно очнувшись, он включил телефон и увидел столько пропущенных звонков…

Мальчик стремглав побежал домой.

— А маму-то твою в больницу увезли… Папка с ней поехал, — встретила его во дворе тетя Вера.

Гриша не помнил, как он добежал до больницы. Его не пускали. И он не знал, где его родители. Но мальчик кричал так, что его голос разносился везде:

— Мама! Мама! Я тут! Прости меня, мама! Мне все равно, что она сказала!

Таким его и нашел папа. Они долго сидели вместе в больничном скверике. И Гриша снова заплакал, только на этот раз на плече у отца.Отец слушал рассказ сына и невольно сжимал кулаки.

— Это же правда, папа? — мальчик поднял залитое слезами лицо.

Тому хотелось сказать, что все это вранье. Но посмотрев в глаза ребенка, произнес:

— Правда. Но ты наш. С первой минуты, как появился. Ты все равно наш родной, любимый. Мама так тревожилась за тебя сегодня…

— Я… прости меня. Мама… С ней хорошо все будет? Пап, с ней и Аришей все точно хорошо будет? — Гриша вцепился в руку отца.

— Не переживай, все будет у нас отлично. Мы же семья!

Предсказание тети Вали не сбылось. Ей хотелось сделать больно, получилось наоборот. Любящие друг друга люди смогли пережить эту ситуацию и стать еще сильнее.

Потому что все зло разбивается о самую главную защиту в мире — любовь. Гриша не превратился в трудного подростка. Разумеется, никто и не думал сдавать его в детдом, как пугала женщина.

И видя то, как они ходят счастливые, она до сих пор недоумевает: почему? Все же должно было разрушиться!

Гриша обожает малышку-сестренку Аришу. Помогает маме купать ее, гуляет с коляской, чтобы мама могла отдохнуть. А еще, проходя, он всегда с улыбкой говорит тете Вале «Здравствуйте», отчего той еще хуже делается.

Она-то думала, придут с разборками, будут отношения выяснять, мимо проходить, нос воротить, а уж она всем расскажет, какие люди невоспитанные. Но нет. Не вышло.

Моя подруга Инна, выслушав эту историю, задумалась вот о чем: а надо ли говорить малышу, что он приемный?

Если держать в тайне, все равно могут найтись вот такие «тети Вали» и будут пытаться разрушить чужое счастье. Тут, конечно, все индивидуально. Просто Инна задумалась все-таки взять малыша, своих детей у нее нет. Но философски поразмышляв, сказала:

«Я, наверное, для всех побуду «беременной», а потом уеду на год-полгода, там как получится, к родне. И приеду уже с ребенком, будто бы там родила. Нечего так рисковать». И это ее право. Мне рассказали еще о паре, которым ляльку родила суррогатная мама.

Жена все это время ходила с накладным животом (она нигде не работала, так что в декрет официально не ушла) и изображала беременную. Посчитав, что так будет правильнее.

История из жизни: мой муж крутой мент, но домой ходит в наручниках(Откроется в новой вкладке браузера)

Источник

Поделиться материалом