Интервью с Николаем Басковым: «Дождусь того времени, когда мне выпадет честь поехать на «Евровидение»!

Николай Басков впервые предстал перед широкой аудиторией на телевизионных «Музыкальных рингах», что транслировались из «Гигант-холла» на всю Россию. Прошел год-другой, и музыкальные критики объявили 2000-й годом Баскова.

Тогда Николай получил премию «Овация». В команде молодых звезд Большого театра он блеснул на ТВ в дружеском творческом поединке с восходящими звездами оперы Мариинки. Его первый сольный концерт прошел в столичном зале «Россия», а затем был показан на канале РТР (сам Басков, кстати, в этот день пел в знаменитом зале «Карнеги-холл»).

Но не менее важно, что Баскова признали не только специалисты, а еще и широкие слои меломанов. Его диск «Посвящение» стал бестселлером на лотках и в магазинах грамзаписи весной 2000-го. Соединение классики с современными аранжировками, ритмами стало приметой времени.

Сейчас Николай еще относительно молодой певец – ему немного за 40. Для тенора это вообще юношеский возраст, потому что обычно обладатели этого голоса по-настоящему раскрываются после тридцати-сорока.

— Когда много лет назад я был в Италии на стажировке у блистательного Хосе Карераса, великий тенор сказал мне с долей доброй иронии: «Николай, единственный ваш недостаток – молодость». А Муслим Магомаев, когда я был у них с Синявской в гостях, сказал: «Николай, у вас есть все, но вам должен помочь Всевышний».

— Вы хотели бы повторить судьбу Карераса или Магомаева?

— Я не хочу повторять ничей путь. Пусть у меня будет своя история, своя публика. На Западе классические и вокальные певцы давно уже начали крушить стереотипы восприятия.

Паваротти снимался в клипах, Доминго мог появиться в ток-шоу, а Карерас – в какой-нибудь скандальной программе. Сара Брайтман и Андреа Ботичелли стали знаменитыми, соединив эстраду и классику. Даже Монтсеррат Кабалье не считает зазорным спеть в техно-ритме.

— Так вот откуда ветер дует! Вот кто навел Баскова на мысль синтеза столь разных вокальных манер и искусств…

— Я никогда не называл эстраду низким искусством. В творчестве все жанры хороши, кроме скучного и неталантливого. Может быть, дождусь того времени, когда мне выпадет честь поехать на «Евровидение», чтобы представлять там Россию, доказать, что у нас тоже есть голоса. Меня вдохновляют примеры итальянских певцов с консерваторским образованием, что побеждают на конкурсе в Сан-Ремо.

— Николай, о вас так мало известно…

— Мне посоветовали не отвлекать внимание публики на такие бытовые подробности. Поверьте, я не герой бульварных хроник, и все, чего достиг, достиг трудом. (Сведения о Баскове действительно противоречивы.

По одной версии, он родом из Сибири, по другой – москвич, выросший в интеллигентной семье, его отец, военный, даже пожертвовал карьерой, отказавшись ради сына уезжать из Москвы.

Раньше Басков сообщал, что закончил Российскую музыкальную академию имени Гнесиных, а потом в различных интервью говорил, что Гнесинку бросил уже через год, поняв, что «актер музыкального театра» – не его стезя).

— Кто ваша самая преданная аудитория?

— Мы, теноры, прежде всего поем для женщин. Так было и так будет. Меня женщины любят, и я отвечаю им взаимностью. Хотя сейчас бурной личной жизнью похвастаться не могу, мне просто не до этого.

— Застрахован ли ваш голос?

— Самая главная страховка – ты сам, твое отношение к голосу как к важнейшей ценности.

— Вы удачно прижились в Большом театре…

— Газеты писали, что я был самым юным Ленским на сцене Большого. Я исполнял партию Альфреда в «Травиате», а также Каварадосси в «Тоске». У меня есть предложения от оперных театров Англии, Америки, Польши.

— Как возник ваш дуэт с оперной примой Казарновской?

— После успеха клипа «Посвящение Карузо», который крутили по многим каналам, я стал смелее, и вот однажды в Большом, встретив Казарновскую, завел с ней разговор, попросил ее совета насчет «Травиаты».

А потом рискнул предложить спеть что-нибудь вместе. Любовь ответила: «Это было бы интересно!» Я посидел с аранжировщиками, мы выбрали известную арию Генделя, которая была использована в фильме «Форинелли-кастрат».

Мы эту вещь осовременили, вначале записали с оркестром, а потом добавили ритм, и Люба очень легко, удачно включилась в эти эксперименты.

Вообще я люблю «путешествовать» по музыкальным волнам: от классики до эстрадной классики, пою и произведения современных авторов. Например, песни Александры Пахмутовой, Александра Морозова, Владимира Евзерова. Моя идея о том, что нельзя разделять классику и эстраду, еще несколько лет назад могла бы показаться кощунственной, но в 2000-х годах она оказалась очень своевременной и нужной самым разным слушателям.

Поделиться в соцсетях

Комментарии